страница 27 |
голос Москвы"! А я была так близка от большой опасности! И всегда в эту минуту я вспоминала о Вас. Л. Простите за задержку письма. 23/IV-48 г.
Москва, 2 мая 1948 г. Конечно, человеческий род имеет большое количество типовых разновидностей. Но я имею все основания предполагать, что инженер Людмила Райнль, проживающая в г. Саки, в Крыму, представляет собой уникум, давно ждущий научного исследования. Вы совершенно достойны моей вступительной тирады, так как поступили: а) не как милый человек; б) не как друг вообще; в) не как любящий друг в особенности. Но самое странное это то, что Вы поступили как женщина. Какие бы ни были у Вас причины, чтобы не повидать меня, будучи в Москве, - самый факт никогда мною прощен Вам не будет. Я это говорю вполне серьезно. Вы пишете о большой опасности, которой Вы подвергались. Тем более! Дружба в таких случаях особенно нужна. Я допускаю, что Вы в Москве не были лишены и без меня дружеской помощи и участия. Это в свою очередь подчеркивает тот факт, что наши отношения и наша дружба стали окончательно литературными. Конечно, литературное сочинение на тему о любви и дружбе тоже может захватывать и тоже может занимать определенное место в душевных функциях человека, но, с моей точки зрения, фантазия, какой бы она ни была высокополетной, уступает все же простому, реальному дружескому рукопожатию26. Мне нравится то, что, совершив тяжелый проступок, Вы, приехав из Москвы, еще пытаетесь бахвалиться своим геройским поведением и интриговать меня своими загадочными сообщениями. Это мне уже совершенно непонятно. Ну что же? Займемся литературой. Предупреждаю читательницу, что все нижеизложенное не является вымыслом, а сюжет построен на фактах, действительно имевших место. День 1 Мая (поздравляю Вас!) выдался на редкость удачным. Радио сообщило, что такого теплого 1 Мая не было с 1886 года. Так вот в этот день я, как обычно, пользуясь отсутствием телефонных звонков и всяких дел, собирался серьезно поработать. Но, увы! В 9 часов утра сообщили мне, что обворовали мою дачу. А в 1 час дня сообщили об ужасно трагической смерти моего хорошего приятеля и соратника по песням, поэта С. Алымова. Бывают смерти, которые не совсем понятно по каким причинам производят тяжелое впечатление. Я не могу сказать, что Алымов был вполне моим другом. У нас были добрые и теплые приятельские отношения, большие и содержательные беседы27. Но мы творили вместе, и, видимо, в этом все дело. За последние годы я работал преимущественно с Алымовым. Вы, наверное, знаете такие песни, как "Пути-дороги", "Мечты солдатские", "Новогодний вальс"28. Из жизни ушел крупный мастер и очень интересный человек, единственным пороком которого была водка. Вы поймете мои переживания, если я скажу, что совсем недавно, несколько дней тому назад, мы с ним строили интересные творческие планы совместной работы. Я лишился своего поэта, так хорошо понимавшего меня, очень любившего во мне и ценившего мою душу, мое творческое устремление. Я осиротел. Был у меня в прежние годы Лебедев-Кумач. Сейчас он очень болен, работает мало. Да и по-человечески он значительно бледнее Алымова. Повисли в воздухе мои творческие мечты. Жаль, очень жаль погибшего поэта!29 Таким Алымов был в жизни - широким, жадным до всего, много знавшим и видевшим человеком. Вот, Людмила, какие дела! Я не буду расстраивать Вас дальше своими настроениями. Есть и радостное в жизни, да о нем писать не хочется. Кстати, несмотря на постановление Сталинского комитета об оперетте "Вольный ветер", правительство мне премии не дало. Пять минут продолжалось мое огорчение, уступив место философскому взгляду на вещи. Причин такого неожиданного финала я по-настоящему не знаю, да и выяснить |
![](/templates/dunaevskiy/images/polosa.gif)